Гоголь. Фантазии Продолжительность: 2 часа с 1 антрактом режиссер | Никита Кобелев,
Кирилл Вытоптов,
Туфан Имамутдинов | Действующие лица и исполнители: | «Шинель» | Акакий Акакиевич Башмачкин | Макар Запорожский | Петрович, Священник, Чиновник | Дмитрий Захаров | Родильница, Хозяйка, Жена Петровича | Екатерина Смирнова | Генерал с табакерки, Чиновник | Денис Никитин | Кум, Чиновник | Александр Горелов | Чиновник | Илья Соболев |
| «Старосветские помещики» | Пульхерия Ивановна | Инна Сухорецкая | Афанасий Иванович | Рустам Ахмадеев | Явдоха, Кошка, Герцогиня Лавальер | Надежда Лумпова |
| «Записки сумасшедшего» | Аксентий Иванович Поприщин | Александр Алябьев | Софи | Яна Гурьянова | Директор, Прохожий, Уборщик Григорий | Александр Горелов | Начальник, Пушкин | Макар Запорожский | Техническая поддержка | Илья Соболев |
| «Гоголь. Фантазии» - постановка студентов 4 курса Гитиса режиссерского факультета под руководством Олега Кудряшова. Спектакль состоит из трех частей по трем произведениям Н.В.Гоголя – «Шинель», «Старосветские помещики», «Записки сумасшедшего». Первый этюд: «Шинель». Небольшой зрительный зал Гитисовской сцены, вокруг полумрак, в три ряда стоят стулья, на полу у стен сидят студенты Гитиса, актеры спектакля, режиссеры. Перед началом спектакля выходит Олег Кудряшов и тихим хрипловатым голосом объявляет начало действия, одновременно пожимая руку звукорежиссеру за пультом, дружелюбно треплет волосы одному из студентов. Потом выключается свет, в зале воцаряется тишина и темнота, такая теплая и уютная, атмосфера камерности и домашнего спокойствия создает ощущение того, что мы попали в самое сердце настоящего театрального процесса, в сказочное закулисье загадочной сцены. Вот из темноты и тишины начинают пробиваться первые звуки, появляется первый свет. Первое, что мы слышим, это именно звуки, темнота еще не рассеялась, но звук уже появился , его протяжные, глубокие, почти утробные переливы заполняют пространство темноты, и на сцене появляются первые персонажи – это родители, они держат на руках новорожденного будущего Акакия Акакиевича. Песня, ее протяжные, иногда резкие ноты создает ощущение чего-то странного и диковинного, чего-то красивого и в тоже время пугающего, народно-фольклорный пронзительно-гулкий мотив заставляет почувствовать всю неоднозначную, противоречивую страшную и глубокую судьбу-душу русского народа, русской жизни, которую и описывает в своих произведениях Николай Васильевич Гоголь. Постепенно, из завернутого во что-то младенца вылезает уже взрослый Акакий Акакиевич и сразу он надевает свою шинель, в которую и был, оказывается, завернут с самого младенчества. Дальше голос за кадром начинает читать текст и описывать происходящее с Акакием и Шинелью. В данной постановке есть множество удивительных режиссерских находок, которые используя минимальное количество художественных средств, почти без декораций очень тонко, глубоко и неожиданно по-новому передает глубинный смысл произведения, передает все тонкие и едва уловимые движения души героев. Вот хотя бы например, эта первая сцена, где Акакий вылезает прямо из Шинели, сразу нам говорит обо всем, что будет дальше, о том, насколько его судьба тесно и крепко связанно с ней. Таких необычных, талантливых художественных интерпретаций литературного текста произведения в спектакле очень много, например, когда описывается, как Акакий Акакиевич любит писать свои буквы, и особенно про его любимые буквы. В постановке это изумительно проиллюстрировано через изображение букв, вырезанных из бумаги, больших, узорных, каждую из которых Акакий Акакиевич берет в руки, бережно и трепетно ставит их на стол перед собой, с нежностью и умилением их рассматривает, и видно, как он необыкновенно их любит, сколько тепла и нежности присутствует в этом их взаимодействии. Еще один момент связан с самой Шинелью Акакия Акакиевича, она конечно же олицетворяется в спектакле и становится живой, она представлена как возлюбленная Акакия, как его самый близкий и верный друг, он разговаривает с ней, кормит ее, заботится о ней, дарит ей цветы и обнимает ее. Через это удивительное любовное отношение к казалось бы неживому предмету, через эту трепетную дружбу раскрывается очень много моментов, во-первых раскрывает характер самого героя. Мы видим, может быть в первый раз, что на самом деле Акакий Акакиевич не какой-то скучный, занудный, неинтересный, серый, механический человек, книжный червь, человек в футляре, который не видит и не хочет видеть ничего, кроме своих бумажек и шинели, а целая личность, с глубоким внутренним миром, наполненным бесконечными вариациями тончайших переживаний. Он не сухой и черствый, как кажется сначала читателю рассказа Гоголя, а наоборот, человек, обладающим живейшим сердцем, в котором столько теплых, искренних чувств, и эти чувства распространяется даже не на какого-то человека, не на что-то одушевленное, живое, а на неодушевленный предмет – шинель! И эта шинель, благодаря любви Акакия Акакиевича становится вдруг живая, и в ней появляется душа, и она отвечает взаимностью. Это говорит о способности Акакия Акакиевича чувствовать и любить, и как бы наверное он мог полюбить настоящего человека, если он уже так сильно любит простые неодушевленные предметы, видя в них живое начало! Но нет, он не может этого сделать, потому что мир вокруг, реальность вокруг не позволяет ему выразить свои чувства, раскрыть свой душевный мир. Тут и возникает конфликт, конфликт внутреннего и внешнего, конфликт при соприкосновении мира души Акакия с миром реальности других людей. Люди, которые окружают его, это другие титулярные советники, такие же переписчики бумаги, как и он сам, но они отнюдь не обладает таким деликатным и тонким мировосприятием, а как раз наоборот являют своим поведением верх грубости, черствости, пошлости, посредственности. Они издеваются над Акакием и его Шинелью, и от того бедному Акакию ничего не остается, как уйти в свой мир, спрятаться в свою шинель от этих глупых и грубых людей и направить всю свою любовь на переписывание бумаг и на заботу о Шинели. Конечно, психологический конфликт повести затрагивает не только этот аспект взаимодействия героя и мира, соприкосновения внутреннего и внешнего, обычно образ Акакия Акакиевича принято рассматривать раскрывающим тему маленького человека. Но именно эта театральная постановка позволяет увидеть в сюжете повести совсем новые, неожиданные, не замеченные до того стороны и грани. И это происходит благодаря тому, что режиссеры-постановщики этого маленького спектакля, отчасти театрального этюда, отчасти мистерии, смогли обыграть привычные эпизоды с нового ракурса. Я думаю, этот триптих в целом представляет собой необыкновенно талантливую, даже гениальную работу, в нем ощущается не только талант актеров и режиссеров, но и глубина, чуткость, духовная зрелость, эту работу можно считать полностью реализующей главную цель искусства – воплощение нравственной идеи, воплощение духовной идеи. И необязательно формулировать в словах в чем именно состоит эта нравственная идея, которая заложена в основу спектакля, о любви ли к ближнему, о сострадании ли как высшей форме проявления любви, главное, что он не оставляет зрителя равнодушным. Главное, что эта постановка рождает в зрителе сопереживание, в нем начинает оживать душа, мускул души начинает работать. А это самое главное, это тоже одна из основных целей и задач искусства- восстановление атрофировавшегося мускула души, особенно у современного человека, которого уже ничем не удивишь и ничем не проймешь. Поэтому возрождение в человеке душевной деятельности, восстановления в нем способности чувствовать, быть уязвимым снова и дать понять, что уязвимое чуткое сердце это не признак слабости, а как раз наоборот настоящая сила – вот задача современного искусства, и театра как одной из самых действенных художественных форм на сознание человека. И с этой задачей бесспорно справляется 4-й курс режиссерского факультета Гитиса по руководством Олега Кудряшова.
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
sumerkytanzujut's journal
